Так “вкусно” – о Муроме, калачах и котах, что прочесть и школу №16, где 30-го будет литдискуссия, приглашаю

Нашёл этот материал Сергей Волостнов на ульяновском сайте. Поделился с нами, а нам хочется – и с вами, ибо в Год литературы некоторые ещё спорят, а что читать надо в первую очередь. Для развития и вообще. Вот о нашем городе и начните – так я 30-го октября (встреча в 16-й школе – в 14-00), возможно, скажу от имени журналистов-ветеранов на литературной дикуссии, на которую приедут супруги Сухаревы из Владимира.

Ред. Murom.ru

 

ЛИТЕРАТУРНО-ПУБЛИЦИСТИЧЕСКИЙ САЙТ ”ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ САМОРОДКИ” И… НЕ ТОЛЬКО…

 

Юрий НЕЧИПОРЕНКО. КАЛАЧИ ДА КОТЫ В ДРЕВНЕМ МУРОМЕ

 

Путешествие в Муром начиналось на Казанском вокзале – на поезде Москва-Берещино в семь вечера…
Что это за Берещино, неизвестно – потому что в вагоне уже проводница заговорщически спрашивает: “До Города?” Я не понимаю, что за Город такой особый? Попутчики растолковывают: этот поезд идёт до Сарова, города, где делали водородную бомбу, – в общем, что-то делали и делают до сих пор, так что просто так туда не попадёшь… Но мне-то, слава Богу, надо выходить раньше, в другом сказочном Городе – там, где сделали люди русские чудо-богатыря Илью Муромца – тоже, так сказать, ядерное оружие средних веков.

 

Дорога электрофицирована только до станции Вековка(???) – тут остановка на полчаса: ждём, пока прицепят тепловоз. Нас встречает толпа весёлых тёток.
– Мужчина, люстру купите!
– Кошку, кошечку!
-Свинок не надо?
– Ваза, ваза, кому ваза?
– Набор по дешёвке, прекрасный набор на шесть персон!
Десяток торговок осаждают выходящих пассажиров. Цены падают на глазах, игру эту надо знать.
– Кошечка, кошечка за триста пятьдесят!
– Сто пятьдесят!
– Побойтесь Бога, смотрите, какая красавица – за двести пятьдесят уступлю.
Кошечка действительно чудесная: чёрного бархата, с изумрудными глазами и прозрачными искристыми усами.
– Так и быть, сто шестьдесят!
– Двести, двести, за двести отдам! Она ещё и с дырочкой сзади – можете как копилку использовать!
– Ладно, уговорили – сто семьдесят…
Тётка хватает деньги, едва скрывая радость. Другие тётки и задорные коробейники пытаются всучить наборы из переливающегося стекла за хрустальные.
Да, это всё штучки из Гусь-Хрустального, тут народ пристрастился торговать люстрами и фужерами, игрушками и всеми сопутствующими товарами…
Поезд уже отходит – торговля продолжается из двери вагона, когда я замечаю кошечку белую – в пару той черной, которую купил – и тут уже не до накручивания цены, наступает момент истины.
– Бери кошку! Сто пятьдесят!
Я лезу в карман – оставил деньги в купе. Жаль!
Проводница говорит понимающе:
– Зато теперь вы знаете, сколько стоит кошка…

 

Высокий муромский берег – сплошь в монастырях. Тут и старейший в России Спасо-Преображенский, и мужской Благовещенский, и женский Троицкий…

 

В Троицком хранятся мощи Петра и Февронии, православных святых: Пётр был князем, Феврония – простолюдинкой. Пётр занемог – и смогла вылечить его одна Феврония. Много было препятствий их браку, но кончилось всё благополучно…
Причисленная к лику святых, эта пара для православной веры служит образцом семейной любви. Вообще же в Муроме святых больше, чем где бы то ни было, – и начало даёт сам Илья Муромец (правда, мощи его хранятся в Киево-Печерской Лавре). В Муроме прекрасный музей – расположен он в старинном особняке, который принадлежал некогда знатному купцу Зворыкину, гонявшему по Оке пароходы. Сынок Зворыкина выучился в Питере, в революцию эмигрировал в Америку и изобрёл там – ни много ни мало – телевизор! Приоритет в изобретении телевидения мы потеряли очень легко: гражданская война – и приоритета как не бывало. Правда, в Советской России было изобретено и своё телевидение, которое придумал Лев Термен, – но всё же развитие технологии пошло по американскому, зворыкинскому пути.
Обстановка в музее фешенебельная – из поместья Уваровых. Президент Петербургской академии наук Сергей Семёнович Уваров набирался сил здесь, на берегах Оки. А сын его, Александр Сергеевич, основатель Русского археологического общества, раскапывал здесь древние городища.
Название Мурома идёт от финно-угорского племени мурома, которое мирно ужилось со славянами. Не всегда славяне себя вели мирно, но мурома их чем-то умирили… Может, девушки муромские – красавицы – хорошо подействовали на захватчиков?
Муром издавна считался образцовым купеческим городом, и целая галерея старинных портретов купцов и купчих висит в музее… С удивлением глядят они на публику: такое тут творится – ни пером описать, ни в сказке сказать! Смотрительницы музея потчуют посетителей чаем, а посетители – сплошь гости заморские, негры, китайцы да индийцы. Это теперь такой вид услуг предоставляют музеи: попить чаёк в купеческой гостиной. Какая-то молодёжная тургруппа соблазнилась на необычный сервис. И перед нашим носом закрыли залы с редкими, прекрасными иконами – самое лучшее, что есть в коллекции музея я не смог показать своим друзьям: смотрительниц не хватает… Они должны переодеваться в платья прислуги ХIХ века и потчевать заморских гостей. Зато в Муроме в Рождество можно увидеть настоящих барашков в яслях: ставят у Спасо-Преображенского монастыря халабудку, стелят сена – и всякий желающий ребёнок может потрогать настоящих барашков…

 

Самый древний в России монастырь был возвращён Церкви не так давно (раньше тут стояла воинская часть) – но так выгладили, выхолили его, привели в порядок и обустроили – любо-дорого посмотреть!

 

А уж калачи пекут здесь – объеденье! Только ради них стоило бы приехать в Муром. Муром хорош при любой погоде, в любой сезон: так мило разбиты клумбы в монастырях, так истово поют в храмах, так вкусно кормят в местных кафе и ресторанах (и особо удивляют цены – здесь можно шикануть!).
По числу местных жителей, причисленных к лику святых, в расчёте на душу населения Муром занимает первое место в России – но там где святость, там и накал страстей: праведность и преступность, пороки и красота ходят парами. Покидая древний Муром, славный своими монастырями и калачами, задумываешься о его будущем: прежде огромные заводы, выполнявшие военные заказы, почти прекратили свою работу – и некуда податься местным мужикам – разве что в таксисты да в монахи…
А ещё Муром – город котов, их здесь много – такие вальяжные, расхаживают везде и мурчат: мурр… мурр. Может, коты – тотемное животное племени мурома? Уезжая, я решил принести жертву этим почитаемым за священных животным: вынес котам продукцию местного мясокомбината: сосиски, которые при варке превращаются в суфле. Тут же на крыльцо взобрался чёрный котище и начал с большим достоинством поглощать суфле. Из окна выглянула хозяйка:
– Кеша, Кеша – домой!
И тут она заметила занятие кота.
– Извини, Кеша, я не видела, что ты занят… Приходи домой, когда покушаешь.

Комментарии