Кровавый мятеж в Бутылицах


Восставшие в июне 1918 года на станции Бутылицы Меленковского уезда крестьяне зверски вырезали отряд красноармейцев

В архиве Меленковского краеведческого музея хранятся две фотографии, которым без малого сто лет. На снимках – Красная площадь города Меленок, на ней – длинный ряд гробов, заваленных цветами и венками. Вокруг – множество людей, мужчин и женщин в черных платках. Видны несколько транспарантов. На одном читается надпись: «Российская Федеративная Социалистическая Советская Республика».

Из надписи на обороте снимков следует, что в гробах лежат жертвы «кулацкого мятежа», произошедшего в июле 1918 года на станции Бутылицы Меленковского уезда.

Разного рода выступлений против Советской власти – крестьянских, офицерских, поповских – весной-летом 1918 года во Владимирской губернии было немало. Бутылицкий мятеж остался в истории Владимирской области как один из самых зверских и кровавых.

Бутылицы – центр Бутылицкой волости, большое торговое село, расположенное к северу от Меленок. Стоящие на торговом тракте и Казанской железной дороге Бутылицы всегда считались зажиточными. Источником этой зажиточности, среди прочего, были спекуляции с хлебом и картофелем.

Летом 1918 года на станцию Бутылицы в помощь местной милиции прибыл отряд красноармейцев, который должен был бороться со спекуляциями и пресекать махинации с продовольствием на железной дороге. С действий солдат, опечатавших три вагона с зерном, и начались бутылицкие события.

Книга «Чекистские будни», рассказывающая о работе владимирских чекистов, называет волнения в богатом селе Бутылицы «кулацко-эсеровским мятежом». То есть – подразумевается, что в волнениях участвовали не только зажиточные крестьяне Бутылиц, но и представители партии эсеров, которые с весны 1918 года взяли курс на борьбу с “большевистской диктатурой”. Первый председатель бутылицкого волисполкома эсер А. Сазонов был весьма лоялен к местным спекулянтам.

Согласно исследованиям Сергея Курасова, в бутылицком мятеже «засветились» и другие силы. Среди них – белогвардейцы, участники мятежа в Муроме, случившегося ранее, в начале июля 1918 года.

«В начале июля в Муроме… вспыхнуло восстание, которое было подавлено. Часть восставших, в отличие от основных сил, ушла… в сторону Бутылиц. Руководителем мятежа в Бутылицах были помощники полковника Сахарова, организатора Муромского восстания. Духовенство поддержало восставших, внося вклад в идеологическое обоснование мятежа», – пишет Курасов.

Восстание началось 24 июля 1918 года. Из книги «Чекистские будни» следует, что мятежники «два дня бесчинствовали на станции Бутылицы, зверски расправляясь с малочисленным отрядом красноармейцев, охранявших продовольственный склад», и лишь на третьи сутки мятеж удалось подавить «с помощью подошедшего из Москвы отряда латышских стрелков».

Подробности бутылицкого восстания можно найти также в архивах Меленковского краеведческого музея. После того, как меленковские красноармейцы опечатали три вагона с зерном, местные крестьяне попытали их разоружить. Не сумев этого сделать, владельцы зерна обратились за помощью к главе волисполкома Сазонову.

По уезду пошел слух, что красноармейцы присланы в Бутылицы специально, чтобы реквизировать хлеб для уездного города. В селах и деревнях экстренно прошли крестьянские сходы, на которых было принято решение идти в Бутылицы и «отбивать зерно».

Двигающиеся на Бутылицы разъяренные крестьяне на дороге встретили трех красноармецев с обозом, спешащих в Меленки. Солдаты были зарезаны, двоих красноармейцев закопали в землю еще живыми.

В самих Бутылицах, как пишет Сергей Курасов, ударили в колокол, на площади перед церковью собралось чуть ли не все село. Народ, заведенный гневными речами главы волисполкома Сазонова и других зачинщиков, схватился за косы, вилы и оружие. Арестовав милиционеров, топа двинулась на станцию «разбирать пути» и «нападать на красную армию». Отряд меленковских красноармейцев был полностью уничтожен, двух коммунистов привязали к деревьям и сожгли. Некоторым красноармейцам выкалывали глаза и полуживых закапывали в землю. Станция была разграблена и разгромлена.

Продлились бесчинства недолго. То ли в Меленках, то ли в Муроме получили неизвестно откуда отправленную телеграмму о том, что в «Бутылицах бунт». На подавление мятежа бросили отряд красноармейцев из Меленок, отряд добровольцев из Мурома и отряд латышских стрелков из Москвы.

Обстоятельства этой операции покрыты тайной. Известно лишь, что организаторы мятежа сразу после трагедии на станции скрылись, а бутылицкие «кулаки», не дожидаясь расплаты, засели по местным лесам и болотам.

Часть мятежников была поймана – трибунал, расследовавший обстоятельства восстания, постановил расстрелять зачинщиков бунта. Руководителей мятежа – полковника Дубенского и правого эсера Царькова – объявили в розыск, а на местное население наложили контрибуцию в размере 2 тысяч рублей.

Сколько было всего погибших с обеих сторон – доподлинно неизвестно, называются цифры от нескольких десятков до двух сотен человек.

На траурной церемонии в Меленках в конце июля 1918 года фигурировало 12 гробов. Одна из двух фотографий из Меленковского краеведческого музея запечатлела процесс погребения жертв бутылицкого восстания на городском кладбище при храме Всех Святых.

Со временем на этом месте появился памятник с двумя скорбящими фигурами и табличка, на которой перечислены 12 имен и выбиты стихи:

«Не жертвы – герои
лежат под этой могилой,
не горе, а зависть
рождает судьба ваша
в сердцах благородных
потомков.
В красные страшные дни
славно жили вы
и умирали прекрасно».